Надя Богданова: как юной партизанке удалось дважды пережить смертный приговор

 

О том, что довелось пережить Надежде Богдановой во время Великой Отечественной войны, стало известно лишь в начале 1960-х годов. Именно тогда бывший партизан Феропонт Снесаренко в одной из радиопередач упомянул школьницу Надю Богданову. По словам Слесаренко, девочка спасла ему жизнь, да и сама как минимум дважды была приговорена гитлеровцами к смерти.

Побег на фронт

Надежда Александровна Богданова появилась на свет в декабре 1931 года. О том, кем были родители юной партизанки, источники умалчивают: до войны девочка росла и воспитывалась в детском доме белорусского города Могилева.

После нападения на Советский Союз гитлеровской Германии, детский дом был эвакуирован в Киргизскую ССР. Однако, как утверждает Александр Бондаренко, автор издания «Юные герои Отечества», до пункта назначения 10-летняя Надя так и не доехала: она вместе с несколькими товарищами украдкой сошла с поезда в Витебске.

Дети мечтали отправиться на фронт, но судьба свела их с белорусскими партизанами. Так Богданова оказалась в партизанском отряде, входившем в состав 2-й Белорусской партизанской бригады. Руководил отрядом Иван Дьячков, которого маленькие сослуживцы называли просто «дядей Ваней». Немцы и подумать не могли о том, что Надя, которая, притворяясь обычной попрошайкой, изо дня в день слонялась по оккупированному Витебску, запоминала расположение вражеских войск и передает эту информацию партизанам.

 

Дважды приговоренная

В начале ноября 1941 года Надя Богданова и ее друг Ваня Звонцов получили новое задание. К очередной годовщине революции они должны были установить в Витебске три красных знамени. Операция прошла гладко: алые знамена в назначенный срок появились на железнодорожном вокзале, на зданиях ремесленного училища и местной фабрики. Однако на обратном пути детей схватили гитлеровцы. Звонцова расстреляли, а Надя от страха потеряла сознание и сама упала в выкопанную могилу. Очнувшись, девочка выбралась из-под груды тел и вернулась в партизанский отряд.

Этот случай стал первым в биографии Надежды Богдановой, когда она чудом избежала гибели. Как пишет Андрей Григорьев в своей книге «Дети-Герои Великой Победы», зимой 1943 года юная партизанка вновь оказалась в руках немцев. Тогда Надя участвовала в подрыве моста. Схватившие девочку оккупанты обнаружили в ее рюкзаке остатки взрывчатки. Богданову пытали несколько часов, после чего выбросили на улицу. Гитлеровцы были уверены в том, что щуплая диверсантка не выживет. Но Надя снова выжила.

После войны

Правда, вследствие истязаний Надежда Богданова практически ослепла. Прекрасно понимая, что в таком состоянии она будет лишь обузой в партизанском отряде «дяди Вани», Надя осталась в деревне. Как указано в издании «Гордость Советской Белоруссии» из серии «Славные имена Белой Руси», после победы Богданова обосновалась в Витебске, устроилась на завод и даже перенесла операцию по восстановлению зрения. Возможность видеть Надежде Александровне вернул в 1948 году знаменитый академик Филатов. Несмотря на пережитые Богдановой страдания, долгое время она не распространялась о своем партизанском прошлом: просто не считала, что ее детство заслуживает какого-то особенного внимания.

Однако в начале 1960-х годов Надежда Богданова (в замужестве Круглова) вместе со своими коллегами слушала радиопередачу, в которой выступал бывший партизан Ферапонт Снесаренко (по другим данным Слесаренко). Во время беседы Снесаренко упомянул и Надю Богданову, которая спасла ему жизнь. В этот момент Круглова воскликнула: «Так ведь это ж я!». Так благодаря радиоприемнику о подвигах Надежды Александровны стало известно широкой общественности. Позже ее имя появилось в книге почета Белорусской республиканской пионерской организации имени Ленина.

 

Источник ➝

Где советских солдат-освободителей встречали хуже всего

Далеко не на всех территориях, очищенных от немецко-фашистских войск, местное население встречало войска Красной Армии с распростертыми объятиями: освободителей считали «красными оккупантами», пришедшими навязывать свой, чуждый аборигенам, миропорядок.

Спектр неприязненных отношений со стороны коренных жителей в таких случаях варьировался от хмурой недоброжелательности до открытого вооруженного противостояния советским воинским подразделениям.

Как вредили западноукраинские бандеровцы

Осенью 1944 года Украина была освобождена от гитлеровцев частями Красной Армии.

Однако советским войскам практически сразу пришлось столкнуться с враждебными настроениями со стороны местного населения, особенно ярко проявлявшимися на территории Западной Украины. Местные саботировали приказы освободителей, военнообязанные отказывались проходить мобилизацию, массово уходя в леса и зачастую присоединяясь там к коллаборационистским группировкам.

Начальник организационно-конструкторского отдела ГлавПУРа РККА В. Золотухин, в частности, сообщал в секретной докладной записке на имя руководителя Главполитуправления Красной Армии генерал-полковника А. Щербакова, датированной 15 сентября 1944 года, что в Львовской и Дрогобычской областях Западной Украины часть населения воспринимает в штыки распоряжения советского командования и зачастую оказывает организованное вооруженное сопротивление красноармейским соединениям.

Западноукраинские националисты из Украинской повстанческой армии (УПА), состоящей в основном из представителей местного населения, срывали мобилизацию, мешали убирать урожай, осуществляли постоянные вылазки по нападению на подразделения Красной Армии. Семьи, в которых мужчины скрывались в лесах Западной Украины, активно поддерживали бандеровцев и помогали им. Остальная часть населения была запугана и не шла на контакт с красноармейцами, опасаясь мести со стороны УПА.

Ликвидация бандформирований, поначалу поддерживаемых гитлеровцами, а с крушением Третьего Рейха и западными спецслужбами, продолжалась вплоть до 50 годов. Только по официальным данным, бандиты УПА с 1944 по 1956 годы убили более 30 тысяч человек, из них больше половины – колхозники, свыше 800 – дети, старики и домохозяйки. Потери военнослужащих Красной Армии составили 6476 человек.

«Лесные братья» в Прибалтике активизировались к концу войны

Советизация Прибалтики (Эстонии, Латвии и Литвы) в 1940 году не вызвала такого повстанческого движения, как с начала лета 1944 года, когда прибалтийские республики СССР освободили от гитлеровцев. До этого момента существенных стычек вооруженных групп местного населения с частями Красной Армии зафиксировано не было.

Большей частью организованные отряды прибалтийских коллаборационистов состояли из местного населения, преимущественно сельского. В 1944 – 1945 годах среди «лесных братьев» преобладали «уклонисты» – местные жители, ушедшие в леса, скрываясь от мобилизации в советские войска.

За 1945 год в Литве насчитывалось свыше 50 тысяч таких «улонистов», в Латвии – более 40 тысяч, в Эстонии – немногим более 20 тысяч. Литовские «лесные братья» были самыми организованными, это движение активно поддерживалось не только значительной частью местного населения, но и католической церковью.

В Латвии и Эстонии «лесные братья» проявляли меньшую активность и были хуже организованы. В процентном соотношении в это прибалтийское коллаборационистское движение входило до 1% всего местного населения, в Литве – порядка 30 тысяч человек, в Латвии и Эстонии – до 10 тысяч в каждой республике. В общей сложности сопротивление «лесных» братьев» официальным властям в Прибалтике продолжалось до 60-х годов. За это время националистами были уничтожены десятки тысяч человек, включая женщин и детей.

Западная Европа не всегда радовалась освободителямПринято считать, что жители западных стран, освобожденных Советской Армией от фашистов, поголовно были несказанно рады избавителям от гитлеровцев. Но такие радужные настроения царили не везде.

По воспоминаниям поэта-фронтовика Давида Самойлова, в восточной Польше жители смотрели на советских солдат «с настороженностью и полувраждебностью», по возможности старались нажиться на военнослужащих Красной Армии. Советские женщины не ходили по улицам польских городов поодиночке, чтобы не рисковать нарваться на неприятности.

В Венгрии местное население очень часто наносило советским военнослужащим-освободителям коварные удары в спину. Как вспоминали ветераны Великой Отечественной войны, в частности, поэт Борис Слуцкий, хмельных солдат и офицеров хуторяне-венгры отлавливали по одному и топили в ямах с силосом.

 

Картина дня

))}
Loading...
наверх